check24

воскресенье, 27 апреля 2014 г.

«Тюремные люди»

Новая книга Михаила Ходорковского «Тюремные люди» выходит в мае в издательстве «Альпина Паблишер» и обещает стать сенсацией. Первая публикация — сегодня в «Новой газете»

 

 

 

После стольких лет в тюрьме я далек от идеализации тех, с кем довелось встречаться. Однако у многих сидельцев есть принципы. Правильные с точки зрения общества или нет? По-разному. Но это именно принципы, за которые люди готовы страдать. И по-настоящему.
Я пишу эти заметки, поскольку хочу передать небезразличным людям то, что ощутил сам, попав в тюрьму.




Охраняющие

По прошествии времени, из обычной жертвы превратившись в заинтересованного наблюдателя, я обнаружил, что тюремный контингент для многих остается terra incognita. А ведь здесь — каждый сотый житель нашей страны, через тюрьму проходит каждый десятый (если уже не каждый седьмой) мужчина.
Причем тюрьма одинаково кошмарно влияет на большинство и «сидельцев», и «охраняющих». И еще неизвестно, на кого больше.

Обществу что-то надо делать с этой бедой. А для начала о ней надо знать.
Сегодняшний мой рассказ — об «охраняющих».
Свободнее прочих в тюрьме ощущают себя сотрудники оперативного отдела. В просторечии — опера. Их официальная задача — предотвращать задуманные преступления и раскрывать уже совершенные. Поэтому они мало ограничены тюремными правилами. Зуботычины и многочасовые разговоры, мобильные телефоны и наркотики — вот далеко не полный список их обычного арсенала.

Опера, как правило, — люди, умеющие и любящие общаться. И говорить, и слушать. Впрочем, бывают исключения.

Двадцатисемилетний начальник оперативного отдела по фамилии Пельше, чье труднопроизносимое имя-отчество по общему согласию давно упростили до Сергея Сергеевича, разговаривать не любит. Упершись в лицо собеседника характерными прозрачно-льдистыми глазами, он отчаянно «буксует» в плену похмыкиваний и междометий. Пока трезв.
Собственно, трезвым он бывает редко. Горящие, как стоп-сигналы, слегка оттопыренные уши и легкий запах гарантируют хорошее настроение и гладкую речь их обладателя. Одновременно предупреждая неосторожных: «Не болтай». Профессиональная оперская память алкоголем не выключается.

Впрочем, уж совсем неразговорчивым собеседникам Сергей Сергеевич вполне может помочь своими, далеко не легкими кулаками. Бьет он профессионально: следов минимум, а человек неделю охает и писает кровью. Большим грехом здесь такой «разговор» не считают. Общее мнение: не зверь, «вольные опера» работают гораздо жестче.
Помимо кулаков Сергей Сергеевич может и чаем с конфетами угостить, и сигарет дать, и даже позвонить по своему мобильнику позволит. Телефончик, конечно, потом перепишет себе в память.

Приезжающие комиссии Сергей Сергеевич воспринимает как неизбежное зло. В чем не отличается от всех прочих обитателей колонии. Деньги, чтобы кормить эти многочисленные комиссии, Сергей Сергеевич, как правило, собирает с сотрудников. Но если дело близится к получке, то может послать за «поддержкой» к «сидельцам».
Арестанты к проблеме относятся с пониманием и скидываются. Впрочем, иногда вместо этого просят «продать» обратно что-либо из ранее отнятого — обычно телефон или какой-нибудь другой «запрет». Иногда «высокие договаривающиеся стороны» приходят к консенсусу, тогда происходит сделка.

Суду и комиссиям Сергей Сергеевич врет не задумываясь.
— Сергей Сергеевич, кто написал это объяснение на двух листах? — спрашивает судья.
— Осужденный Бадаев, собственноручно, — четко отвечает Пельше. — Там написано.
— Но Бадаев неграмотный, у него это в личном деле отмечено. Два класса образования!
Молчит Сергей Сергеевич, горят стоп-сигналы… Кто-то может подумать, что ему стыдно. Но мы-то знаем причину. И думает Сергей Сергеевич в это время о своем. Суд ему — «до лампочки». Не «до лампочки» осужденному Бадаеву, но сам Бадаев тоже всем — «до лампочки».

В тяжелые годы реформ представители преступного мира (так называемые смотрящие) кормили тюрьму, предотвращали ненужные конфликты между арестантами, а кроме того, внедряли криминальную идеологию. Теперь тем же занимаются Сергей Сергеевич и его коллеги, фактически готовя будущую «пехоту» преступного мира.
«Ты — не человек, и вокруг тебя — не люди!» «Слушать надо только начальство и не думать, исполняя команду!» «Меньше думаешь — лучше живешь!»

Такие «максимы» вбиваются в головы 18—25-летних арестантов. В результате доля возвращающихся назад, в тюрьму, чудовищна. Те, кто остается в нормальной жизни, делают это не благодаря, а вопреки.

Собственно, поэтому никто особо не удивляется, когда поддавший чуть больше обычного Сергей Сергеевич на общем построении орет во всю глотку: «Кто здесь смотрящий?! Я здесь смотрящий!!!»

Действительно, он.

— Сергей Сергеевич, — говорю я, — ведь если вас и ваших коллег поменять местами с нынешними заключенными, разницы никто особо не заметит?

— Не заметит, — соглашается Сергей Сергеевич и, похоже, нимало не огорчен этим обстоятельством. Он такой же, как все.

Иногда происходящее в тюрьме кажется моделью нашей обычной жизни «за забором», доведенной до гротеска. У нас сегодня и на свободе часто трудно отличить рэкетира от сотрудника официальной структуры. Да и есть ли оно, это отличие, для обычного человека?
А мы, те, кто боится отстаивать свои права, кто адаптируется, прикрываясь личиной покорности? Не становится ли наша защитная личина лицом? Не превращаемся ли мы постепенно в рабов, безмолвных и безответных, но готовых на любую гнусность по команде «сверху»?

Когда я уезжал из колонии, Сергей Сергеевич сам нес мои вещи до машины.
— Не возвращайтесь, пожалуйста, в нашу колонию, — попросил он. — Без вас спокойнее.
Через 4 года колония сгорела дотла. Ее сожгли те самые безмолвные зэки.


Наркоман

Он весь был какой-то унылый. Высокий, под два метра ростом, тощий, сутуловатый, с сильно переломанным носом, небольшими глазами и сразу обращающими на себя внимание здоровущими, распухшими кистями длинных рук, Олег постоянно стоял на втором этаже барака.

Собственно, так его все и называли — «второй».
— «Второй», где Абдулаев? Его ищут!
— «Второй», инспектор идет. Объяви!
— «Второй», позови завхоза…

И так — целый день. Помощник дневального, живая рация…
Впрочем, раньше все было несколько иначе. На этом месте стоял профессиональный стукач, не гнушавшийся подложить в тумбочку чем-то неугодного человека «запрет» (т.е. вещь, запрещенную к хранению в лагере, типа заточки), а затем — подсказать инспектору, что надо «внимательно поискать».

Он ощущал себя кем-то вроде «начальника этажа», покрикивая и пиная безответных зэков. Ума заметить тонкую грань не хватило. Жесткая, короткая драка, ШИЗО, перевод в другой отряд.
И вот… Олег. Тихий, исполнительный, но категорически отказывающийся кем-то помыкать или кому-то что-то доносить. В один из дней вместе убираем снег. Разговорились.
Ему — тридцать. Наркоман «со стажем». СПИД уже несколько лет, но пока иммунитет еще держится, хотя на ногах постоянно выступают мокнущие язвы. До тюрьмы работал рубщиком мяса. Работа нравилась, зарабатывал прилично. Мог позволить себе покупать наркотики.
Доза выросла. Пришлось перейти на худшее качество. Когда «взяли» — из-за количества сразу вменили «хранение». Сильно били. Продавца не сдал. Срок.

У гражданской жены — тоже СПИД. Она сирота. У него — одна мама. Зара-батывала неплохо. Хватало. Сейчас мама приболела. С деньгами стало плоховато. Живут вместе с его женой. Жена весит 45 кг при росте 170 см. Страшно боится, что не дождется.
На вопрос, почему не принимает лекарства, — Олег усмехается беззубым ртом.
— Лекарства, если начинаешь, то надо принимать постоянно. Иначе только хуже будет. А бесплатные — полгода есть, полгода — нет. Купить мои себе позволить не могут, очень дорого. Вот выйду…
И совсем тихо:
— Если она доживет…
— Как же так, Олег, зачем ты себе жизнь спалил? Почему не бросил наркоту?
— Бросал, и не раз, а потом приходили приятели, и все начиналось снова… Сил уже нет. Выйду — надо уезжать. А куда? Как? Мама, жена…
Вздыхая, продолжает кидать снег, который идет беспрерывной пеленой. Долговязая, печальная фигура на фоне белой круговерти…
Публикуется впервые

Источник:  www.novayagazeta.ru

 

ХОДОРКОВСКИЙ НА МАЙДАНЕ

Самый известный российский эмигрант выступил в Киеве против эскалации конфликта.

 

 

 

 

 Не верит русским Украина,
Не уважает нашу мать
Пускай не вся, но половина —
И я могу её понять.

Когда увидишь Киселёва,
Когда услышишь вип-персон —
То сразу хочешь, право слово,
Их всех забыть, как страшный сон.

Иные зрители тупые
Галдят с лапшою на ушах,
Но если это вся Россия —
То я турецкий падишах.

У нас широкая натура —
В ней есть и подлость, есть и честь,
Халтура есть — и есть культура,
И Путин есть, и Ходор есть.

Наш спор годами отработан.
Майдана верные сыны
Ответят мне, что Путин — вот он,
А Ходор где-то вне страны.

Его сперва гноили в тюрьмах,
Везде крича, что он бандит,
А после выпихнули в Цюрих —
И он, как Ленин, там сидит!

Всё правда, гордые повстанцы,
В оценке нынешней Москвы.
И путинцы, и залдостанцы —
Лицо отечества, увы.

Но все от мала до велика
Уже привыкли, господа,
Что наша родина двулика
И этот лик — не навсегда.

И мы не раз мужали в бурях
На переломах роковых.
И тот, кто нынче съехал в Цюрих,
Ещё взойдёт на броневик.

И как бы мне в двадцатом годе
За стихотворческую прыть
На философском пароходе
В объятья ваши не приплыть.

 

 Дмитрий Быков

 

Источник:  "Собеседник", №9, 12-18 марта 2014 года

Ходорковский лайт

О тезисах выступления Ходорковского в Киеве можно прочитать в новостях, их там много было, этих тезисов. Меня же попросили написать об атмосфере и смысле выступления. Собственно, этих выступлений было два: один на Майдане, оно длилось меньше пяти минут и сопровождалось одобрительными криками. Второе выступление состоялось в Киевском политехе и было, на мой взгляд, крайне неудачным.

Во-первых, Ходорковскому видимо не объяснили, что он приезжает в крайне наэлектризованный город, где пять минут назад то ли окончилась революция, то ли она ещё продолжается. Кроме того, забыли сказать, что идёт процесс аннексии Крыма — и это главная тема всех новостей и разговоров. И тут приезжает «главный враг Путина» — именно так рассуждают зрители политеха. Понятно, о чём он должен говорить.

Неудача лекции была не в том, что Ходорковский что-то не умное говорил. Напротив, он говорил и умно, и интеллигентно, но в зале сидели люди, которые хотели услышать либо осуждение выступающим российской агрессии, либо какие-то призывы, либо анонс помощи Запада — в общем, что-то в этом роде. Вместо этого на сцене стоял интеллигентный человек, рассказывающий о прекрасных демократичных преобразованиях в Украине и обещающий, что если «нужно будет в будущем в чём-то помочь, то он поможет».

Но сейчас «не следует переоценивать его возможности». К сожалению, выступление опального олигарха было неадекватно не только содержанием, относительно момента, но и тональностью.

Перед огромным распалённым переполненным залом стоял тихий, сахаровского типа, человек, который говорил вполне правильные вещи, хвалил присутствующих — в общем, выступал таким Капитаном Очевидностью.

Он зачитывал свой текст, чувствовалось, что, как и в прошлых выступлениях, в этом тексте было просчитано каждое слово, чтобы не перегнуть какую-то черту — какую, правда, непонятно. На записки Ходорковский отвечать отказался, сказал, что изучит их после выступления. Это тоже было неприятной неожиданностью.

В общем, перед аудиторией был Ходорковский лайт.

Пару выводов: видимо у Ходорковского весьма неудачный менеджмент — боюсь, что в следующий раз он соберёт гораздо меньшую аудиторию, ибо приходить на округлые фразы в эпоху революции бессмысленно.

Высказанные предложения тоже были «лайт»: предложение собрать международную конференцию давно остыло — нечего собирать, если типа завтра референдум. Констатация того, что Янукович нелегитимен тоже опоздало — об этом все знают.

Что касается главного предложения — создания «Общество русской культуры», то это зависит от того, сколько Россия территории у Украины отберёт — может и создавать будет нечего, в связи с тем, что изучать культуру агрессора как-то странно.

Однако, революционным киевлянам было приятно услышать от весьма авторитетного либерала, что в России есть «иная Россия», которая за целостность Украины. Однако, он не смог объяснить, почему этой, другой России, и не видно, и не слышно.


Источник:  echo.msk.ru

Помиловать как Ходорковского

«По российскому законодательству любой осужденный может попросить президента о помиловании. Осужденные по этому [»болотному«] делу также могут это сделать, и их заявления будут рассмотрены». Дмитрий Песков, пресс-секретарь президента России

 

 

 Спасибо откровенному человеку Дмитрию Пескову — его четкое высказывание сделало окончательно понятным существо «болотного дела».

Ключевое слово в комментарии пресс-секретаря (т. е. как бы самого президента) к приговору, по-моему, «помилование». До конца прошлого года это было просто юридическое понятие, такое положение в законодательстве, власть им то ли пользовалась, то ли не очень, правозащитники слегка следили, но заметных сюжетов не возникало. Но состоялось помилование Михаила Ходорковского, которое сопровождалось, скажем так, необычными с точки зрения российских законов событиями (вроде стремительного вылета зека в Германию), — и смысл помилования изменился; теперь его нельзя рассматривать иначе как политическое высказывание президента.

Просите о помиловании, как это сделал осужденный Ходорковский, и темницы для вас рухнут, намекают, видимо, болотным осужденным официальные уста президента Путина, приравнивая болотных осужденных к Ходорковскому, а «болотное дело» — к делу ЮКОСа.
Как многим кажется, дело ЮКОСа началось с доклада о коррупции, который Ходорковский от имени РСПП в 2003 г. сделал Путину. Путин, отзываясь на этот доклад, сказал: «Роснефть«] госкомпания, которой нужно увеличить свои запасы, у которой запасов как бы не хватает. А некоторые другие нефтяные компании, как, например, компания ЮКОС, имеют сверхзапасы. Как она их получила — это вопрос в плане обсуждаемой сегодня нами темы». Всего через два года сверхзапасы ЮКОСа как бы компенсировали нехватку запасов «Роснефти».

Тогда Путин, как мне представляется, мог чувствовать нечто вроде недостаточности в области собственной легитимности — из-за того что на первые роли в государстве его выдвинул олигархат; антикоррупционное выступление Ходорковского могло, мне кажется, обострить это чувство. Наилучшим для Путина подтверждением своей президентской идентичности в такой ситуации стало бы дистанцирование от олигархата, что прекрасно и получилось решением независимого суда: зека-то максимально удален от президента.

Результаты думских выборов 2011 г. оставили сомнения в легитимности весьма у многих российских граждан, что вылилось в очень многолюдные стояния и хождения. Следом были президентские выборы — и слезы легитимной благодарности на щеках у Путина, вызванные резким холодным ветром. Болотный митинг 6 мая, накануне инаугурации, мне кажется, здорово ухудшил самочувствие Его Легитимности. Надо было дистанцироваться.
Ходорковский, как считалось, был личным, ну хорошо, пусть не врагом, но принципиальным противником президента Путина; надо полагать, теперь болотные осужденные также личные принципиальные противники президента Путина.


Источник: Ведомости

В Страсбурге заинтересовались тюремным транспортом

ЕСПЧ изучит российские автозаки и спецвагоны

 

 Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) подвергнет комплексному анализу российскую систему транспортировки заключенных. Вчера Страсбург направил правительству РФ вопросы о техническом оснащении российских автозаков и запросил ведомственные приказы, регулирующие транспортировку зэков. Юристы говорят, что в ЕСПЧ скопилось не меньше 40 аналогичных жалоб и в отношении России может быть вынесено так называемое пилотное решение — обязывающее в кратчайшие сроки устранить нарушения прав заключенных. 

 

 

Сведения о техническом состоянии российских автозаков и поездов, предназначенных для транспортировки заключенных, а также нормативные акты, регулирующие вопросы этапирования, ЕСПЧ запросил в рамках рассмотрения жалобы жителя Коми Алексея Томова. В 2011 году правозащитная организация "Общественный вердикт" от его имени обратилась в ЕСПЧ с жалобой на нарушение ст. 3 Европейской конвенции о правах человека (запрет на пытки). Как рассказал "Ъ" адвокат господина Томова Эрнест Мезак, житель Коми в 2009 году при перевозке по Воркуте более двух часов провел в неотапливаемом автозаке, где на трех квадратных метрах находилось еще десять заключенных с личными вещами. Так же тесно и холодно было и в железнодорожном вагоне, куда затем пересадили осужденного для этапа в колонию. "Это первая жалоба, по которой Страсбург направил в Россию столь подробный запрос. До этого в суде по упрощенной схеме было коммуницировано порядка 40 аналогичных жалоб от российских заключенных",— заявил господин Мезак.

Вопросы конвоирования регулируются внутренним приказом Минюста и МВД 199дсп/369дсп от 24 мая 2006 года. В пункте 167 документа говорится, что при конвоировании в спецвагоне не более четырех часов допускается посадка в большие камеры до 16 и в малые до 6 человек, а в автомобиль грузоподъемностью 1,5-2 тонны — до 13 человек, 2,5-3 тонны — до 21 человека, 4 тонны — до 36 человек. Однако 25 января 2012 года Верховный суд РФ отменил норму инструкции, касающуюся перевозки в спецвагонах, при этом признав допустимой перевозку заключенных в условиях, когда на каждого приходится от 0,3 до 0,5 квадратного метра. При этом в ряде постановлений ЕСПЧ прямо говорится, что 0,5 квадратного метра является недостаточной площадью при этапировании, сколько бы оно ни длилось. 

В пресс-службе ФСИН "Ъ" заявили, что пока не видели запроса от ЕСПЧ, но отметили, что "тщательно следят за условиями перевозки заключенных". "Каждая жалоба на холод или тесноту в автозаках становится предметом интереса высшего руководства. Мы стараемся максимально оперативно устранять эти недостатки. Можем сказать, что сейчас большинство автозаков и поездов оснащены и кондиционерами, и печками",— сказали в ведомстве.
Глава рабочей группы по защите прав граждан в местах принудительного содержания при Госдуме Владимир Осечкин говорит, что большинство заключенных по-прежнему сталкиваются "с нечеловеческими условиями транспортировки". "В той же Москве конвоирование является настоящей пыткой. С утра порядка 30 человек заталкивают в сборное отделение, а затем часами возят по судам в автозаках, нарушая все возможные нормы, в том числе и по количеству заключенных на один квадратный метр",— пояснил он. По словам господина Осечкина, основная проблема заключается в устаревших нормативных актах, регулирующих правила транспортировки осужденных и подследственных. 

По мнению господина Мезака, ЕСПЧ может вынести так называемое пилотное постановление, позволяющее указать государству на меры решения структурной проблемы и определить сроки ее устранения. Последний раз в отношении РФ оно выносилось в январе 2012 года и также касалось системы ФСИН: судьи проанализировали около 30 жалоб на условия содержания в российских тюрьмах и СИЗО. "В данном случае,— считает господин Мезак,— ЕСПЧ может обязать РФ полностью пересмотреть нормативную базу, касающуюся условий транспортировки заключенных".
Григорий Ъ-Туманов 

Источник: www.kommersant.ru

«Платон Лебедев перепривыкнет к свободной жизни быстро»

Адвокат Владимир Краснов, который в минувшую субботу впервые увиделся со своим подзащитным на свободе, ответил на вопросы «Коммерсанта»

 

 Досрочно вышедший на свободу бывший зампред правления компании ЮКОС Платон Лебедев остается в России, но в ближайшее время намерен подать документы на оформление заграничного паспорта. Об этом “Ъ” сообщил его адвокат Владимир Краснов. Кроме того, господин Лебедев, как утверждает адвокат, по-прежнему готов доказывать неправосудность решений, принятых российскими судами по делу ЮКОСа.

 

 

«Он уже не в колонии, но еще и не здесь»,— пояснил Владимир Краснов состояние своего подзащитного, который минувшие выходные провел с семьей в своем подмосковном доме. «Почти 11 лет в неволе — срок долгий»,— подчеркивает защитник, поэтому господину Лебедеву «надо перепривыкнуть к свободной жизни». На предположение “Ъ”, хватит ли на это полгода, господин Краснов заявил, что «все пройдет раньше и очень быстро», в том числе потому, что господин Лебедев сейчас постоянно «в кругу семьи и встречается с друзьями из прошлой жизни, которые сейчас здесь, в России».

Платон Лебедев остается в России, и не только потому, что с него и Михаила Ходорковского не снято судебное решение о возмещении 17,4 млрд руб. в счет неуплаченных ЮКОСом налогов (при таких обязательствах гражданин не может покинуть территорию страны). По словам Владимира Краснова, он не может выехать из России еще и «по той прострой причине, что у него нет заграничного паспорта». В ближайшие дни бывший подсудимый намерен подать документы в миграционную службу по месту жительства для оформления загранпаспорта. «Посмотрим, как среагируют на это соответствующие органы власти»,— говорит адвокат.
Напомним, что Михаил Ходорковский был помилован президентом и в день своего досрочного освобождения, 29 декабря 2013 года, был доставлен на борт спецсамолета, подготовленного к зарубежному рейсу (такое возможно при наличии у гражданина РФ загранпаспорта) и вылетел в Германию (виза была проставлена прямо в аэропорту). Впрочем, освобождение господина Ходорковского стало «успешной операцией российско-немецкой тайной дипломатии», сообщала в те дни германская сторона.

А Платон Лебедев досрочно вышел на свободу по стандартной процедуре, принятой в системе российского правосудия. Поэтому его адвокат намерен в ближайшую неделю получить полный текст решения, которым президиум Верховного суда 23 января выпустил господина Лебедева на свободу на пять месяцев раньше срока. «Нужно знакомиться с мотивировочной частью решения»,— пояснил господин Краснов.

Правда, какими бы ни были мотивы суда, само решение не устраивает Платона Лебедева тем, что оно не отменило прежних решений по делу ЮКОСа — ни по «первому делу» (2005 год), ни по «второму делу» (2010 год). Жалоба Михаила Ходорковского и Платона Лебедева по «второму делу ЮКОСа» принята к рассмотрению Европейским судом по правам человека (ЕСПЧ). Владимир Краснов надеется, что ЕСПЧ рассмотрит жалобу в этом году. По его словам, бывшие владельцы ЮКОСа по-прежнему намерены доказать «изначальную неправосудность уголовного преследования и собственно судебного процесса». Во всяком случае у своего подзащитного, с которым господин Краснов успел повидаться в минувшую субботу, адвокат не обнаружил «никаких признаков подобного рода отказа». Что именно предпримет Платон Лебедев, господин Краснов пока не знает, но подчеркивает, что он «такой человек, который способен на неординарные шаги». Самого господина Лебедева, судя по его интервью, которые он уже успел дать после освобождения, по-прежнему влечет бизнес, невзирая на то, что в России, по его словам, «успешный бизнес — это всегда политика».

 «Коммерсант», Виктор Хамраев, 27.01.2014

Источник: khodorkovsky.ru

Дела ЮКОСа снова в суде

Защита требует свободы для Платона Лебедева, а обвинение – 17 миллиардов рублей

 

 Вячеслав Лебедев рассмотрит жалобы защиты ЮКОСа. Фото PhotoXPress.ru





Несмотря на помилование экс-главы ЮКОСа, 23 января в Верховном суде пройдет слушание по двум уголовным делам в отношении Михаила Ходорковского и Платона Лебедева. Защита требует немедленного освобождения Лебедева, обвинение же требует взыскать с двух юкосовцев 17 миллиардов рублей.

Приговоры Мещанского и Хамовнического судов по обоим делам ЮКОСа проверят в Верховном суде. Как уточнил судья Верховного суда Александр Дзыбан, решение об одном общем заседании по первому и второму делам в отношении Ходорковского и Лебедева было принято для «процессуальной экономии».

Напомним, что 25 декабря 2013 года председатель Верховного суда Вячеслав Лебедев внес в президиум ВС представление о возобновлении «ввиду новых обстоятельств» производства по первому уголовному делу против Ходорковского и Лебедева в связи с решением Европейского суда по правам человека  (ЕСПЧ). Также Вячеслав Лебедев вынес постановление, которым отменил предыдущее решение судьи ВС и возбудил надзорное производство по жалобе адвокатов экс-руководителей ЮКОСа по второму делу, в которой защита просит пересмотреть приговор Хамовнического суда Москвы от 27 декабря 2010 года и последующие судебные решения.

Как пояснил адвокат Михаила Ходорковского Вадим Клювгант, жалоба была подана 9 декабря 2013 года. Она была адресована председателю ВС. В ней приговор и последующие  судебные решения называются «неправосудными и вынесенными с многочисленными нарушениями закона». Так же утверждается, что приговор «содержит взаимоисключающие выводы по вопросу о собственниках нефти и выгодоприобретателях от сделок с ней».
На грядущем заседании будут рассмотрены выявленные ЕСПЧ нарушения положений Конвенции о защите прав человека при рассмотрении Мещанским судом первого дела, а также вопрос о взыскании 17 млрд руб. с Ходорковского и Лебедева, и надзорные жалобы защиты на приговор по второму делу. Кроме того, защита поднимет вопрос об освобождении Платона Лебедева из-под стражи.

По словам Клювганта, по первому делу поводом для рассмотрения будет являться решение ЕСПЧ, в котором выявлены очень серьезные нарушения права на справедливый суд и права на неприкосновенность и защиту собственности. Как говорит Клювгант, председатель Верховного суда внес представление, указав, что нарушения, выявленные ЕСПЧ, является новыми обстоятельствами, влекущими пересмотр приговоров. «Самое вопиющее – это требование взыскания 17 млрд рублей по гражданскому иску налоговой службы с Михаила Ходорковского и Платона Лебедева, в то время как эта задолженность на самом деле не их, – заявил собеседник «НГ». – Даже если считать ее обоснованной, то это была бы задолженность юридических лиц, которую ни в коем случае нельзя взыскивать с физических лиц, о чем, собственно, и сказал прямо ЕСПЧ в своем решении. Ну и не говоря уже о том, что налоговая служба уже давно все это получила и официально это получение подтвердила, документ есть такой».

Позиция защиты состоит в том, что приговоры полностью незаконны, необоснованны и подлежат отмене. «Несмотря на то, что Ходорковский был помилован указом президента, уголовные дела в отношении него будут рассматриваться и дальше», - поясняет Клювгант. По его словам, помилование – это освобождение от отбывания наказания в виде лишения свободы и не более того. Решение о помиловании не затрагивает вопросов признания вины и взысканий по гражданским искам. «Что касается второго приговора, надзорное производство возбуждено также председателем Верховного суда по жалобе защиты, – рассказал Клювгант. – Там мы ставим вопрос о полной незаконности приговора Хамовнического суда. Кроме того, мы там поднимаем ряд более частных вопросов, они касаются нарушений грубых при определении срока наказания – даже когда он менялся в связи с изменением закона». Но самое важное, по мнению защиты, – немедленно должен быть освобожден Платон Лебедев, тюремный срок которого истекает в мае 2014 года

Источник: www.ng.ru

Однако, «Роснефть»

Михаил Леонтьев станет вице-президентом нефтяной компании.

 В «Роснефти» появится новый вице-президент по PR. Курировать внешние связи компании будет известный журналист Михаил Леонтьев. При этом господин Леонтьев сохранит свои собственные проекты: он продолжит вести программу «Однако» на «Первом канале», а также издавать одноименный журнал.

 С 13 января советником президента «Роснефти» в ранге вице-президента по PR станет журналист Михаил Леонтьев, рассказали “Ъ” источники, близкие к компании, правительству и администрации президента. В самой «Роснефти» от комментариев отказались. Господин Леонтьев заявил “Ъ”, что «пока нет официальной информации, комментировать что-либо смысла нет».

Пост советника и вице-президента по PR в «Роснефти» создается под господина Леонтьева. Ему предстоит курировать деятельность департамента информации и рекламы. На данный момент его возглавляет бывший главный редактор телеканала РЕН ТВ Владимир Тюлин, он также является и пресс-секретарем «Роснефти». Как перераспределятся их полномочия, собеседники “Ъ” не знают. Источники “Ъ” говорят, что между президентом госкомпании Игорем Сечиным и Михаилом Леонтьевым существуют давние «приятельские отношения». «Леонтьев — известное лицо, Игорь Иванович любит приглашать на работу таких людей»,— сказал один из собеседников “Ъ”. В частности, например, в интеграционный комитет «Роснефти», который занимался поглощением ТНК-ВР, входил автор культовой книги «Добыча» Дэниел Ергин. «Леонтьев как журналист известен, сейчас Игорь Иванович подбирал себе пиарщиков с громким именем, были и другие кандидатуры. Но вот каким будет пиарщиком господин Леонтьев — совсем не ясно»,— отметил один из собеседников “Ъ”.
В прошлом году одной из главных мишеней для критики в передачах Михаила Леонтьева был «Газпром» и председатель правления компании Алексей Миллер. В своем вопросе во время «прямой линии» Владимира Путина в апреле господин Леонтьев обвинил господина Миллера в том, что газовая компания игнорирует «сланцевую революцию», при этом «теряя рынки и капитализацию».






Формально назначение на должности топ-менеджеров крупнейшей компании страны не требует согласования с администрацией президента, но в ней о приходе Михаила Леонтьева в «Роснефть» осведомлены. Близкий к компании источник “Ъ” сказал, что «пиарщиков такого уровня всегда согласовывают, это стандартная практика». «Если у Игоря Ивановича есть уверенность, что Михаил Леонтьев сможет принести пользу компании, то он за это решение как президент “Роснефти” и ручается»,— заявил высокопоставленный сотрудник администрации президента.

При этом Михаил Леонтьев продолжит заниматься журналистикой, утверждают источники “Ъ”: он останется ведущим программы «Однако» на «Первом канале», которая выходит два раза в неделю. В пресс-службе канала эту информацию “Ъ” официально подтвердили. «Ничего необычного в таком совмещении нет, так часто бывает. Совмещать тяжело с учетом тотального стиля работы “Роснефти”, но вполне возможно»,— сообщил один из собеседников “Ъ”. По данным “Ъ”, вопрос о продолжении карьеры господина Леонтьева на телевидении был принципиальным. «В том числе это обсуждалось на отдельной встрече Игоря Сечина с гендиректором “Первого канала” Константином Эрнстом, которая состоялась до Нового года»,— рассказал один из собеседников “Ъ”. Кроме того, Михаил Леонтьев продолжит выпускать свой собственный журнал «Однако». Он также является автором передачи на радио «Маяк», о ее будущем пока ничего не известно.
Часть собеседников “Ъ” полагает, что приход господина Леонтьева в «Роснефть» может свидетельствовать о планах госкомпании создать свой собственный медийный холдинг. Впрочем, источники “Ъ”, близкие к ней, это опровергают. «Это не нужно компании, она занимается добычей нефти и газа»,— сказал один из собеседников “Ъ”.
Кирилл Мельников, Иван Сафронов, Наталья Корченкова




Источник:  www.kommersant.ru


Испытание Ходорковским

Последняя неделя уходящего 2013 года сделала интервью самым востребованным жанром журналистики, что было связано с освобождением Ходорковского, Толоконниковой и Алехиной. В первую очередь, конечно, Ходорковского.

Ходорковский и «Пусси Райот» как экзамен для журналистов

Обычно интервью воспринимается как некий экзамен для того, кто отвечает на вопросы. В данном случае все выглядело противоположным образом. Характер «дела ЮКОСа», 10 лет тюрьмы и то, как Ходорковский их перенес, сделали МБХ своеобразной константой, на основе которой можно строить систему координат, в том числе и для журналистов. Речь ни в коем случае не идет о сотворении кумира из МБХ или о заведомой истинности каждого его суждения, а лишь об очевидном масштабе этой общественной фигуры.

Перефразируя известную реплику Фаины Раневской о Моне Лизе, можно сказать, что МБХ теперь уже сам может выбирать, на кого и какое именно впечатление ему производить и в интервью с кем с какой стороны раскрыться. На прошлой неделе для классификации журналистов появился новый измеритель: «критерий Ходорковского» как своеобразное мерило качества и количества журналистики в СМИ и в отдельных журналистах. И далеко не все этому критерию смогли соответствовать.

Федеральные телеканалы постарались освобождение Ходорковского либо не заметить, либо отодвинуть это событие подальше на периферию новостного мира. Ирада Зейналова в своем последнем выпуске «Воскресного времени», подводя итоги уходящего 2013 года, освобождению МБХ уделила несколько секунд в самом конце передачи после спортивного обзора и перечня криминальных сюжетов. Ни один федеральный телеканал, кроме РЕН-ТВ, не прислал съемочную группу на пресс-конференцию МБХ, которая состоялась сразу после его освобождения.

Отдельно стоит отметить реплики трех знаковых фигур российской госпропаганды: Владимира Познера, Владимира Соловьева и Дмитрия Киселева. Познер сказал, что Ходорковский ему неинтересен и что его, Ходорковского, интересовали только деньги. Владимир Соловьев вспомнил, что у Ходорковского «руки по локоть в крови» и заметил, что вдова мэра Нефтеюганска Петухова вряд ли радуется помилованию Ходорковского. Дмитрий Киселев подверг Ходорковского суровому моральному суду: «просился к маме, а сам улетел в Германию».

Каждый из этой троицы был только что щедро награжден за ложь и подлость. Владимиру Соловьеву Путин вручил орден Почета. Дмитрию Киселеву подарили крупнейший пропагандистский холдинг страны. Наградой Владимиру  Познеру стал сам факт продолжения его уже совершенно бессмысленного, но неплохо оплачиваемого существования на Первом канале страны.

Тех журналистов, кому МБХ был интересен как личность и общественная фигура, можно было на минувшей неделе разделить на «журналистов – друзей» и «журналистов – журналистов». Среди первых в лучшую сторону выделялись Марианна Максимовская и Евгения Альбац. Им удалось главное: суметь быть фоном, на котором МБХ захотел раскрыться и как человек, и как общественный деятель. Особенно приятно удивила Е.М.Альбац, которая провела не интервью-полемику в своем обычном напористом стиле, а классическое интервью, в котором вывела Ходорковского на очень важные содержательные высказывания, многие из которых явно не устраивали Альбац-политолога, но были удачей Альбац-журналиста. Одна высказанная МБХ готовность лично воевать на Северном Кавказе по уровню сенсационности (многие журналисты и политические активисты за 10 лет слепили в своем воображении благостно-либеральный образ Ходорковского, который он немедленно развеял) стоит десятка интервью. Об особенности политических взглядов МБХ и о влюбчивости российской интеллигенции как ее видовом отличии надо говорить отдельно, а здесь разговор о журналистике.
Особенность Ходорковского как участника интервью в том, что он не позволяет загнать себя в прокрустово ложе той системы координат, которая существует в голове журналиста. Он переформулирует вопросы не потому, что что-то скрывает, а потому что в его системе координат они, эти вопросы, являются неправильно заданными. И к чести Альбац, она, в отличие, например, от Ксении Собчак, не пыталась заставить собеседника отвечать на первоначально сконструированный вопрос, а принимала ту систему координат, в которой живет этот самый собеседник, в данном случае МБХ.

Альбац, например, в своем вопросе упоминает, что «альтернатива Путину сидела в Краснокаменске». Ходорковский протестует против самой постановки вопроса: «А вот это неправда! Альтернатива не Путину, а самодержавию!»
Из категории «журналистов-журналистов» стоит выделить двоих: ведущего программы «Трудный разговор» на Би-Би-Си Стивена Сакура и Ксению Соколову, опубликовавшую интервью с МБХ на «Снобе». Оба интервью можно использовать как пособия для журналистов. Точные вопросы-выстрелы каждого из них позволили Ходорковскому высказаться на целый ряд тем, которые важны для многих в России. Самый жесткий вопрос о прошлом, заданный Ксенией Соколовой: убийство мэра Нефтеюганска, Петухова. Ответ МБХ демонстрирует предельно четкую, я бы сказал, каллиграфическую логику. Он предлагает мысленный эксперимент: заменить фигурантов прошлого на сегодняшних. Сегодня на месте Ходорковского во главе бывшего ЮКОСа стоит Сечин. Может ли сегодняшний мэр Нефтеюганска причинить неприятность Сечину? Очевидно, что нет. И далее риторический вопрос от МБХ: «Тогда как мог мэр Нефтеюганска напакостить мне лично?» То есть излюбленная в недавнем прошлом ария Путина про «кровавый навет на Ходорковского», которую по инерции продолжает исполнять Соловьев, после безупречной логики МБХ превращается в набор бессмысленных звуков.

Стивен Сакур задает экзистенциальный вопрос о моменте, когда его собеседник подумывал о самоубийстве. МБХ отвечает, что если режим хочет его убить, то он, Ходорковский, не собирается режиму в этом помогать.
В ряду хороших интервью с Ходорковским особняком стоит беседа с Дмитрием Быковым, опубликованная в «Новой газете». Быков не интервьюер, он явно перегружает каждый вопрос смыслами и не готов быть «рабочим сцены», как этого велят каноны журналистики. Но в этой беседе ярко проявилось то качество МБХ, о котором он неоднократно упоминал: «С умным собеседником умнею, с глупым – глупею». На заковыристо-литературный вопрос Быкова о том, что при отсутствии морали в обществе подвижник выглядит, прежде всего, шутом, следует точный ответ МБХ: «Для меня такой проблемы не существует, поскольку для меня радикально безразлично мнение людей, которых я ни во что не ставлю и, напротив, радикально важно мнение людей, которые для меня что-то значат».

Возвращение Ходорковского стимулировало повышение качества журналистики, во всяком случае, ее некоторой части. На фоне перечисленных выше профессиональных удач, которые позволили зрителям и читателям ответить на большинство вопросов, связанных с освобождением МБХ и с тем, каким он вернулся из заключения, особенно контрастно выглядел провал Ксении Собчак. У нее было все для триумфа. Ее интервью было вторым после Альбац, а значит, многие журналистски «вкусные» вопросы еще не были заданы. «Дождь» входит в число тех СМИ, которым МБХ благодарен за поддержку, а он умеет быть благодарным. У Собчак с Ходорковским была переписка, когда МБХ был в тюрьме, а значит, можно задавать вопросы «в продолжение», что всегда выигрышно, поскольку углубляет интервью. В итоге, при полном карт-бланше полный провал: никакой новой информации, ни одного поворота темы, которым бы интервью Собчак отличалось от иных многочисленных публикаций, авторы которых были в далеко не столь привилегированном положении, как Собчак. Было много Собчак и мало Ходорковского.

Причины этого провала станут яснее, если посмотреть интервью Собчак с Толоконниковой и Алехиной, которое тоже вышло на минувшей неделе на «Дожде». Интервью длилось 40 минут. Из них 20 минут Собчак выясняла три вопроса:
1. Почему Алехина прилетела в Красноярск к Толоконниковой, а не наоборот, Толоконникова к Алехиной в Москву? (Навязываемый ответ: Толоконникова – главная, Алехина – ведомая.)
2. Почему не позвали Самуцевич? (Навязываемый ответ: в группе «Пусси Райот» раскол, Самуцевич отторгнута и объявлена предателем.)
3. Кому принадлежит товарный знак «Пусси Райот»? (Навязываемый ответ – адвокатам или Петру Верзилову.)

Толоконникова и Алехина терпеливо пытались объяснить Собчак, что они вышли на волю совсем не для того, чтобы выяснять личные отношения, что «Пусси Райот» для них никогда не был коммерческим проектом и поэтому они понятия не имеют, кому принадлежит бренд, и вообще у них сейчас совсем другие планы. Собчак понимающе улыбалась и все время пыталась впихнуть женщин, только что вышедших из лагерного ада, в бизнес-логику панк-группы.

Ксения Анатольевна явно так и не поняла, что перед ней совсем не те люди. С таким же успехом она могла бы допытываться у людей, вернувшихся из заключения, какое белье они предпочитали носить до вынесения приговора. Толоконникова и Алехина вернулись совсем другими людьми. Какими именно и что общество может от них ждать, на эти вопросы интервью Собчак не дало ответов. Похоже, Собчак наделяет всех своих собеседников личностными характеристиками и мотивациями обитателей «Дома-2». В некоторых случаях это приводит к языковой и культурной несовместимости.

Ссора в лакейской

Среди медийных скандалов прошлой недели выделяется заявление губернатора Московской области Воробьева о том, что «безумно хамская» статья Минкина в «МК», оскорбляющая, по мнению Воробьева, президента, делает невозможным дальнейшее пребывание главреда «МК» Павла Гусева на посту руководителя Общественной палаты Подмосковья. Мне неинтересно выяснять, почему за честь Путина решил вступиться именно Воробьев и чем его так задела именно минкинская статья «Милостивый государь», которая ни по остроте, ни по тональности ничем не выделяется из цикла этого автора под названием «Письма президенту».
Гораздо важнее для понимания устройства нашего общества и журналистского сообщества как его части то, какое развитие получил этот скандал. На окрик Воробьева Гусев, стремящийся к репутации брутального альфа-самца от журналистики, ответил позой рабской покорности: «Если статья «Милостивый государь», которая уже снята с сайта «МК», допускает неоднозначные толкования, тем более по отношению к личности президента, и это мнение человека, которого я уважаю и ценю как умного и опытного политика, то я принимаю критику и считаю ее конструктивной. Поэтому принимаю решение Андрея Юрьевича». Конец цитаты.
Но и это еще не все. На минувшей неделе журналист Георгий Янс, автор нашумевшей в свое время статьи «Политическая проституция меняет пол» об изменчивости позиции некоторых «единороссов», из-за которой вспыхнул публичный скандал с участием депутатов Госдумы, вот этот самый Янс был уволен из газеты «Наше Подмосковье», входящей в холдинг «МК».
Если выражаться рафинированным политологическим языком, то все это – и мгновенное снятие статьи с сайта в ответ на хамский окрик губернатора, и увольнение журналиста за статью, в которой журналистский третейский суд не нашел никаких признаков нарушений профессиональной этики – яркое проявление подданнической культуры в журналистике, о которой я довольно подробно писал в предыдущей «Медиафрении». Собственно, как и весь цикл Минкина «Письма президенту» вписывается в стилистику этой культуры, занимая в ней нишу шута при короле. Шут может дерзить королю, может даже называть его дураком, за что порой бывает бит, если невзначай перейдет границу дозволенного или просто попадет под горячую руку.

Имеет ли вся эта история какое-либо отношение к свободе слова и ее ущемлению? И да, и нет. Да, потому что любое насильственное ограничение прессы – это нарушение Конституции. Нет, потому что Гусев с готовностью облизал пнувший его губернаторский сапог, а Минкин с готовностью встал на защиту Гусева. Павел Гусев всеми потрохами встроен в путинскую модель власти с ее палатами, советами и прочим. Минкин, которому бог даровал недюжинный талант публициста, в любой момент может обернуть свое «золотое перо» против любого неугодного власти. Достаточно вспомнить, как вовремя, аккурат перед выборами в Госдуму он написал разгромный памфлет против Шендеровича, который зачем-то собрался в депутаты, что, учитывая популярность и независимый характер Виктора Анатольевича, создавало для власти изрядную головную боль. Статья Минкина, которого многие тоже считают демократом и даже оппозиционером, смогла тогда остановить неугодного для власти кандидата. И это далеко не единственный случай использования Минкина в интересах власти. Не говоря уже о том, что «МК» – это трибуна для такого выдающегося «сливного бачка», как Хинштейн. Так что все-таки весь этот эпизод –это в большей степени ссора в лакейской, чем столкновение власти и журналистики.

Я в курсе, что выпускать газету в путинской России – это идти на компромиссы. Но точка компромисса бывает, как пробоина ниже ватерлинии корабля. Корабль после этого меняет свою сущность, превращаясь из полезного плавсредства в груду подводного мусора. В свое время Гусев в знак примирения пожал руку Павлу Грачеву, которого до сих пор многие считают заказчиком убийства журналиста «МК» Дмитрия Холодова. Сейчас сдал Янса и убрал заметку Минкина. Чтобы сохранить что? Хинштейна?

Графика Александра Котлярова


Источник:  www.ej.ru

Путин и Запад: шаг навстречу или прием дзюдо?

Пока освобождение Ходорковского выглядит, скорее, как попытка манипулирования мировым общественным мнением  

После того, как президент Владимир Путин неожиданно освободил Михаила Ходорковского, заодно с участниками Pussy Riot и активистами Greenpeace, некоторые наблюдатели стали  задаваться вопросом, не начало ли это более либерального этапа кремлевской политики.

 Ясно, что Путин хотел бы, чтобы так думали.


Он не может быть рад тому, что президент США Барак Обама, канцлер ФРГ Ангела Меркель и премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон отказываются присутствовать на открытии зимней Олимпиады в Сочи. Кроме того, по мере того как российская экономика все глубже вязнет в стагнации, все более очевидной становится необходимость возродить доверие международных инвесторов.
Но если последние помилования и амнистии проводились ради завоевания мирового общественного мнения, то тут есть одна проблема. Как любят говорить рекламщики, «месседж» должен работать на двух уровнях. Кроме самого сообщения дополнительный смысл несет в себе способ его передачи.

И в данном случае способ передачи во многом обесценивает содержание.


Подробности того, как Путин посылает сигнал миру о новом поведении, демонстрируют именно те особенности кремлевского modus operandi, которые и оттолкнули многих людей на западе.

Во-первых, секретность. Спецоперация по освобождению Ходорковского стала почти пародией на кремлевский стиль. Адвокаты Ходорковского и даже его мать ничего не знали о помиловании. Скорее всего, не знали об этом и трудолюбивые следователи, которые всего за несколько дней до освобождения активно занимались строительством третьего дела против бывшего олигарха.

Во-вторых, явная избирательность правосудия. Вопросы помилования – конституционная прерогатива президента. Но никто не верит, что освобождение Ходорковского имело какое-то отношение к милосердию или было проведено по предусмотренной в законе процедуре. Мотивы были такими же политическими, как и при аресте. Избирательность видна и в том, что, например, Платон Лебедев все еще за колючей проволокой.

В-третьих, презрение к СМИ. В течение четырех часов своей ежегодной пресс-конференции Путин старательно избегал каких-либо намеков на реальные новости, которые он прятал в рукаве, вместо этого занимаясь поучениями на любые темы — от ВТО до Оливера Кромвеля. Лишь после пресс-конференции он кинул кость голодающим в отсутствие информации журналистам.

В-четвертых, непоследовательность. После десяти лет «вор должен сидеть в тюрьме!» и «руки по локоть в крови», Путин вдруг обнаружил, что Ходорковский — единственный сын у матери, которая серьезно больна, а в этом случае «вор» не должен сидеть.

Наконец, для всей истории характерна неуклюжесть, свойственная и некоторым другим шагам Кремля в последние месяцы. Из тюрьмы Ходорковский должен был сразу лететь в Берлин, чтобы навестить свою больную мать в клинике. Но на тот момент Марина Ходорковская уже вернулась в Москву. Красивая история для обложки развалилась. Очевидно, что Путин предпочел бы, чтобы Ходорковский провел первые дни на свободе на некотором расстоянии от Кремля.

Судя по интервью Ходорковского журналу The New Times, решение о его освобождении было принято так быстро, что необходимые бумаги не были подготовлены. Начальнику пенитенциарной системы Карелии пришлось самому лететь в колонию, чтобы забрать заключенного без документов.

Если тюремная одиссея Ходорковского иногда напоминала о «мертвом доме» Достоевского, то его освобождение — это был уже чистый Гоголь.


Можно вспомнить несколько похожих событий, когда решение явно принималось в последнюю минуту. Накануне послания Путина кремлевские источники рассказали журналистам, что президент объявит об отмене выборов мэров. Он не делал ничего подобного. Прошлым летом в течение всего нескольких недель лидера оппозиции Алексея Навального сначала приговорили за растрату к пяти годам лишения свободы, потом освободили и позволили баллотироваться на должность мэра Москвы, а вскоре заменили срок на условный.
Такие зигзаги могут означать борьбу между кремлевскими группировками или, возможно, какие-то более сложные процессы. Но непосредственное впечатление от них — крайняя бестолковость.

Конечно, можно выпить несколько бокалов шампанского за освобождение одной из самых видных жертв избирательного правосудия. Но это не решает проблем российской политической и правовой системы. Это иллюстрирует их.

Международному имиджу сочинской Олимпиады уже нанесен ущерб. Лидеры США, Германии и Великобритании вряд ли изменят свое мнение относительно участия в Играх. Амнистия для Pussy Riots не остановит западных ЛГБТ-активистов от различных выпадов в адрес российского руководства.

Путина наверняка беспокоят экономические перспективы страны на ближайшие несколько лет. Меньше, чем год назад, премьер-министр Дмитрий Медведев прогнозировал годовые темпы роста в 5%. Последний прогноз Минэкономразвития на 2013 год — 1,4%.

С тех пор, как пять лет назад начался глобальный кризис, долгосрочная экономическая стратегия Кремля была очень простой: молиться, чтобы мировая экономика восстановилась достаточно быстро и потянула бы за собой российский ВВП. Это работало в прошлом. Мировой экономический бум 2000-2007 годов поднял спрос на российские нефть и газ. Подъем был достаточно силен, чтобы превратить Путина в историческую фигуру и обеспечить запас прочности, который помог пережить падение в 2008-2009 годах.

Если мировой спрос восстановится достаточно быстро, то возобновившийся рост доходов населения поможет Кремлю купить социальную стабильность еще на некоторое время. Однако в условиях затяжной слабости еврозоны эффект может проявиться в России только через несколько лет.

Возможно, понимание таких рисков заставит Путина решиться на довольно радикальные действия. С лета прошлого года циркулировали слухи, что он намеревается убедить Алексея Кудрина занять место Медведева на посту премьера и ради этого готов даже на некоторые политические уступки. Если так, освобождение Ходорковского может рассматриваться как первый шаг.

Но не менее вероятно, что у Путина никакого плана нет и он продолжает колебаться.
В этом случае последние шаги есть лишь продолжение обычного путинского политического дзюдо. Атаковать Запад, тут же попытаться за ним поухаживать, запретить здесь, разрешить там, осудить A, освободить B, одновременно запуская в государственные СМИ отвлекающие темы для разговоров.

Неоднозначные сигналы, такие как освобождение Ходорковского, могут немного ослабить напряжение. Но привлечение значительных потоков иностранного капитала и изменение позиции зарубежных лидеров могут обеспечить только реальные и последовательные реформы экономической, административной и судебной системы. Лучший сигнал для инвесторов — если российское руководство перестанет посылать «сигналы» в попытках манипулировать партнерами.







Источник: www.forbes.ru